Реактивная авиация в деталях: прицел, кресло, оружие и экипировка

Когда скорость и высота полёта выросли, сложнее стал не только самолёт. Изменилась вся среда, в которой работал лётчик. Теперь недостаточно было управлять машиной: требовалось следить за приборами, работать с прицелом и вооружением, выдерживать перегрузки и сохранять работоспособность там, где ошибка или разгерметизация кабины могли стать критическими. Эту сторону реактивной авиации особенно хорошо видно в экспозиции ЦДАиК. Здесь самолёт раскрывается через детали, каждая из которых решала свою задачу. Катапультное кресло напоминает о том, что рост скоростей потребовал совершенно новых средств спасения. Представленный в музее образец применялся на самолётах семейства МиГ-21, МиГ-23, МиГ-25 и МиГ-27. Высотно-компенсирующий костюм показывает другую проблему: как защитить лётчика при резком падении давления на большой высоте. Рядом — авиационные прицелы и вооружение. Они позволяют увидеть, насколько далеко ушла боевая авиация от времён, когда пилот фактически наводил оружие вместе с самолётом. В коллекции ЦДАиК есть и шестиствольная 30-мм авиапушка ГШ-6-30, созданная для МиГ-27. За несколько секунд работы такое оружие должно было решить задачу, для которой требовались точный расчёт, высокая скорострельность и способность всей конструкции самолёта выдерживать огромные нагрузки. По отдельности эти предметы кажутся совершенно разными: кресло, костюм, прицел, пушка. Но вместе они объясняют сам принцип развития реактивной авиации. Увеличить скорость самолёта было недостаточно. Одновременно приходилось заново решать вопросы управления, наведения, вооружения и спасения человека. Именно поэтому иногда историю авиации интереснее рассматривать не только по силуэтам самолётов. Небольшая деталь из кабины или отдельный агрегат способны рассказать, какие задачи стояли перед конструкторами — и насколько сложной системой становился самолёт вокруг своего пилота.